День мужества и народного единства. Действительно, более справедливого и емкого определения для дня 23 ноября 1989 года нельзя было придумать.
Справедливости ради надо отметить, что в тот день никто о подвигах и славе не думал. Информация о том, что в Цхинвал направляются грузинские неформалы, была, тем не менее, в худшее никто не верил. В городе находились подразделения внутренних войск МВД СССР, и существовала твердая уверенность, что они не допустят каких-либо правонарушений.
Однако реальность оказалась иной. К двум часа дня по городу распространились слухи, что к Цхинвалу подъехала многочисленная автоколонна с грузинскими неформалами. Все бросились к въезду в город: сообщалось, что колонну там задержали цхинвальские ребята.
Когда я с товарищами добрался до места, здесь уже проходила словесная перепалка. К ребятам, стоявшим на передовой, подтянулась подмога. Вскоре подошли быстрым маршем и солдаты внутренних войск, вставшие с серебристыми щитами строем между противостоящими сторонами.
Тбилисские власти боялись кровопролития, но в то же время надеялись, что грузинские неформалы, устроив беспорядки в Цхинвале, скомпрометируют себя. Гамсахурдия и иже с ним также хотели показать свою силу перед всей Грузией, проведя митинг в центре Цхинвала. Но опасались вмешательства союзных войск. Это позже, осмелев, они уже не будут принимать во внимание этот фактор.
Но ни грузинские власти, ни сам Гамсахурдия, пользующийся в то время неограниченным авторитетом среди неформалитета страны, не решились перейти допустимую грань. Хотя надо отметить, что если бы была дана отмашка, то грузинские неформалы все же смогли прорваться бы в город. Слишком много дорог тогда вело в Цхинвал, и на всех установить заслон было бы невозможно. Да и справиться с таким морем озлобленных людей, да еще без оружия, было бы затруднительно.
Но встав на мгновение перед строем цхинвальских ребят, грузинские молодчики остановились окончательно. И прежде всего в своей решимости.
Противостояние продолжалось до 25 ноября. Все это время не прекращались попытки грузинской стороны добиться возможности пройти в Цхинвал. Линия противостояния приобретала все более зримые очертания. Здесь уже стояли не только люди, несколько машин груженных камнем и песком, сформировали баррикаду. Ночью температура воздуха упала до 5-7 градусов, снег покрыл все холмы вокруг. Чтобы как-то согреться, люди стали разжигать костры из покрышек. Ночью место разъединения напоминало военный лагерь в свете костров. Зато утром все участники пикета напоминали шахтеров, из-за копоти от горевших всю ночь покрышек.
Рано утром 25 ноября ситуация на въезде в город обострилась. Руководители грузинского неформалитета решили все же прорываться в город. И тогда на заводе «Эмальпровод» завыла сирена, созывая горожан к месту противостояния. Сотни жителей городских кварталов устремились навстречу опасности. Увидев море людей, заполнивших всё пространство от Старого моста до кордона солдат внутренних войск, грузинская сторона отказалась от своей новой попытки. С каждым часом им становилось ясно, что авантюра провалилась и вход в Цхинвал для непрошеных гостей закрыт.
После того, как грузинское нашествие было развернуто обратно, пресса в Грузии писала, что осетины выставили перед собой женщин и детей. И только это, мол, заставило «митингоносцев» повернуть назад. Что ж, в поиске оправданий наши соседи всегда были неподражаемы.
С этого дня прошло четверть века. За эти годы мы поняли, насколько были наивны тогда в понимании нашего настоящего и будущего. Однако в тот день мы все жили единым порывом защитить свой город, не дать его осквернить иноземной злобой и ненавистью.
Отбив первую атаку на Цхинвал, наш народ заложил основу грядущих побед и свершений. Ведь не будь 23 ноября 1989 года, не было бы ни 20 сентября 1990 года, ни 29 мая 1992 года, ни 26 августа 2008 года.