Одним из важных источников определения прошлого осетинского народа являются свидетельства многочисленных путешественников и исследователей, побывавших в местах его расселения. Монахи-миссионеры, торговцы, военные, люди волею судеб оказавшиеся в Осетии, а позже и научные работники, оставили нам бесценные факты по истории и этнографии алан и их прямых потомков осетин. Наиболее интересные и содержательные из этих хроникальных свидетельств мы продолжаем публиковать на страницах нашей газеты.

Никифор Василаки, византийский писатель и богослов (1140 год):

«Аланская царевна Ирина. Что может заслуживать большего восхищения, величие народа или знатность ее происхождения?.. Там у подножия высокого Кавказа, пасутся стада многих племен этого великого народа, который я бы назвал паствой Христовой, цветом скифов и первым плодом Кавказа. Они самый воинственный народ среди кавказцев; если  ты  посмотришь  на  их  множество, то найдешь отвагу, которой нет нигде более;  если  ты  заметишь  их  доблесть в  бою,  то  ни  во  что  не  поставишь мириад врагов. Ибо иные народы выделяются  множеством  своих  сил,  а  другие – храбростью и воинским умением, но этот победил всех и служит только Христу…»

Ш.Беланже, французский натуралист (1825 год):

«От Казбека до Коби шестнадцать верст. Вся местность от Дарьяла до Коби населена осетинами… У осетин можно обнаружить большинство обычаев, свойственных кавказским народам. Однако умиротворение семей может быть достигнуто у них выкупом. В этом случае цена крови за убийство женщины наполовину меньше,  чем за убийство мужчины. Муж, убивший жену в связи с ее изменой, обязан доставить родителям этой последней доказательство правоты своего преступления… Если имеет место нарушение осетином законов гостеприимства, его судят все жители селения; виновный обычно присуждается к сбрасыванию со связанными руками и ногами с высокой скалы в реку.

Часто куски оторвавшихся скал разрушают дома и убивают жителей; но осетины не пытаются отыскать более надежное место; они считают, что человек, погибший таким образом по воле великого духа, все равно погиб бы в любом другом месте, где бы он ни находился…

У осетин имеется два вида производства, которые вряд ли можно было ожидать встретить у них в горах. Они изготавливают прекрасные ковры по красоте и стойкой окраски и готовят превосходное пиво…»

С.Кучеревский, русский путешественник (1848 год):

«Осетины, при начале каждой весны, аккурат во вторник второй недели Великого поста, совершают в честь Ильи Пророка празднество, называемое у них хор-хор… Как любопытный до всего осетинского, я не замедлил явиться в назначенный час. Дом уже был полон всякого народу: здесь были грузины и армяне – соседи осетин… Кто стоял, кто сидел, все говорили и никто не слушал, как водится. Но час открытия праздника настал. Все затихли и стали в порядок; один старец, седой, как лунь, выдвинулся вперед и, обратившись к местному образу, громко начал произносить молитву, после каждого стиха молитвы все собрание возглашало «Аминь». В продолжении молитвы все осетины стоят очень чинно и без шапок, вообще при произнесении имени Божьего осетины снимают шапки…

Старцу подают огромную чашу браги… затем чаша обносится по всем при сутствующим на празднике, которые между  тем  помещаются  за  столами, соблюдая  строгий  порядок  старшинства. Замечено, что чаша круговая идет слева  направо,  чего  не  бывает  на других празднествах осетинских. Это потому, говорят осетины, что Илья пророк (Уацилла) моложе, нежели другие святые.

В.Переваленко, русский путешественник (1849 год):

«В 25 верстах от местечка Они тянется Кударское ущелье, населенное осетинами. 14 числа настоящего месяца в 7 часу  утра,  пользуясь  прекрасной  погодой я отправился туда… с начальником уезда и многими князьями… Спустившись вниз мы въехали в селение Часовал, первое при въезде в Кударское ущелье.

Каждые три или четыре дома здесь защищены сверху башнями, эти башни теперь все разрушены и только уцелели еще две… В Часовал я с большим трудом смог убедить показать мне работу так называемых осетинских шалей, шаль эта превосходит добротою черкесское сукно, но цвет имеет одинаковый. Штука из которой выходят шаровары, продается лучшей выделки по 10 руб.серебром, а худшей по 7 руб. серебром. Осетинки ткут их на станках, имеющих сходство с нашими малороссийскими. Так же осетинки довольно хорошо выделывают ковры, которые годны для полов; замечателен их работы сыр, так называемый: осетинский. В этом селении есть новая церковь и при ней священник. Храм этот один на пять деревень…

Наутро мы направились в селение Киста, это селение замечательно углекислою водою и силою газа. Вода пробивается из скалы, над отвесом которой, у самого источника, устроен бассейн, в который  стекает  вода  и  жители  всех деревень пьют ее, а иногда в ней и купаются.

В.Берзенов, русский путешественник (1851 год):

«Осетины с жадностью слушают сказки и рассказы, похожие на сказки о богатырях горских. Вопреки мнению многих, будто бы у горцев нет других подстреканий к войне и разбою кроме добычи. Однако слава, желание приобрести известность, часто заставляют осетина взяться за винтовку и шашку… Быть известным джигитом-храбрецом в селении, в долине, в целых горах, составляющих его мир – есть высшая награда его желаний и трудов… Рассказы о их набегах и приключениях боевой и охотничьей жизни, о встречах и невзгодах пути чрезвычайно занимательны. Новость предметов, живая простота рассказов и, наконец, здравость их суждений о горской войне, о выгодах местности, о том, как должно нападать на врагов или избегать их, – могут заинтересовать любого ветерана, обстрелянного в сражении. Вообще они презирают смерть и считают себя превосходнейшими воинами. Грузины, например, которых они в насмешку называют попхихорами, служат любимой прибауткой их шуток. Мальчишки, учась стрелять в цель, передразнивают грузина, будто он стреляет, отворотясь от ружья…»

Е.Зичи, венгерский путешественник (1896 год):

«Христиане ли осетины или магометане, их религия полна пережитков древнего религиозного культа. Они ходят в церковь, но отправляются и к дзуарам и приносят им в жертву животных. Дзуар – священное место. Христианские миссионеры использовали вначале как раз эти места в качестве храмов и этим гораздо быстрее склонили жителей к христианской религии…

Осетин хороший земледелец; он сеет на равнине кукурузу, пшеницу, просо, а в горах – ячмень, овес, рожь; осетины унаваживаютсвои земли, чего никто не делает на Кавказе, кроме немецких колонистов. Они торгуют лесом и являются искусными скульпторами по дереву; среди них встречаются кузнецы и слесари… У нас имеются также данные о способах их рыболовства, согласно которому они ловят рыбу на крючок из железной проволоки, привязанной к длинному конскому волосу, укрепленному на жерди. Суеверие требует, чтобы для каждой рыбной ловли употребляли новую жердь…».

(Продолжение. Начало в № 25-26, 35-36)

Подготовил  Коцты Х.

Юго-осетинская газета «Республика»